Курс «Человек в XX веке» возник благодаря многочасовым разговорам Юрия Сапрыкина с Любовью Аркус. Вместе они изобрели особый угол зрения — разговор про историю страны не через смену политических режимов, государственных деятелей или укладов, а через типажи людей, которые были востребованы в ту или иную эпоху. Каким был человек, что влияло на формирование его личности, как он сживался с реальностью или бежал от нее, как менялась структура общества.

Доступ к записям лекций предоставляется сразу, без ограничения по времени

видеокурс

Человек в XX веке

курс в записи

КУПИТЬ ПО ЛЕКЦИЯМ

КУПИТЬ ВЕСЬ КУРС

Сертификат после прохождения курса

11 лекций

Как менялись человек и советское общество.

АВТОР КУРСА

Юрий Сапрыкин

Журналист, культуролог. Окончил философский факультет МГУ им. Ломоносова. С 2000 по 2014 работал в журнале «Афиша», сначала в качестве музыкального обозревателя, а затем как главный редактор и редакционный директор. В 2018 году основал проект «Полка», посвященный русской классической литературе. Автор книги «Сергей Соловьев», выпущенной «Сеансом» в 2022 году. Писал для «Коммерсантъ Weekend», сейчас руководит отделом спецпроектов медиа «Кинопоиска».

ПРОГРАММА

Лекция 1

1921-1930

Время, когда старая (дореволюционная) жизнь еще не до конца ушла, а новая еще не вполне оформилась. Начинается военным коммунизмом и красным террором, продолжается НЭПом, заканчивается коллективизацией и первыми политическими процессами. В каждый из этих периодов решается вопрос: есть ли в новой жизни место человеку “бывшему” (т.е. принадлежащему к старому миру, который должен быть преодолен и разрушен) или просто частному — и каким должен быть человек «новой формации». Типажи: Интеллигент. НЭПман. Лишенец. Попутчик. Революционер: фанатик, превращающийся в чиновника.

Купить
Лекция 2

1930-е годы

1931 – 1940. Время чудовищной трагедии для деревни и относительной нормализации для города. Жить стало лучше, жить стало веселее: начинает складываться большой сталинский стиль и поддерживающие его институции. Герои революции получают заслуженные блага, но чувствуют, что их мечта о «новом мире» не сбылась. Для интеллигенции исчезают возможности автономного существования: ты либо полностью встраиваешься в систему, либо уходишь в чудаки и маргиналы (а ближе к конце десятилетия — в тюрьму или на расстрел), За внешним благополучием скрывается нарастающий страх: перед приближающейся войной и усиливающимся террором. К концу десятилетия страх — это общий знаменатель, который объединяет всех. Типажи: Интеллигент. Герой-покоритель. Человек в погонах. Внутренний эмигрант. Новая элита.

Купить
Лекция 3

1941-1945. Великая война

1941 – 1945. Время общего испытания, стирающего все прежние различия и создающего новые. Война в каком-то смысле заново создает народ, скрепленный общим объединяющим чувством — но даже войну все переживают по-разному, и одна на всех Победа оборачивается к каждому разной стороной. Типажи: Интеллигент. Ополченец. Блокадник. Эвакуированный. Женщина в тылу. Солдат.

Купить
Лекция 4

1946-1953: поздний сталинизм

1946 – 1953. Военные возвращаются из Европы с новыми впечатлениями и самоощущением победителей — но сталкиваются с разрухой, потерями и дальнейшим закручиванием гаек. Для культуры это время высшего расцвета сталинского стиля — и кампаний проработки, в результате которых искусство оказывается под тотальным контролем государства. Для женщин — самый тяжелый труд, который приходится взвалить на себя: мужчины не вернулись из боя. Для интеллигенции — страх новых репрессий и новой большой войны. Несмотря на это, где то рядом появляются ростки нового классового расслоения — и новой, более благополучной жизни. Типажи: Демобилизованный. Интеллигент, которого травят — и интеллигент, который участвует в травле. Чиновник-проработчик. Женщина на производстве. Бюрократ.

Купить
Лекция 5

1954 - 1959: первая оттепель

1954 – 1959. Первая оттепель. Возвращаются репрессированные — так в жизнь входит лагерный опыт и лагерный фольклор, а в культуре появляется образ лагерника. Возобновляются контакты с Западом, и появляется установка «заграница — это хорошо». У городского жителя появляется «досуг» — и возможности «культурного отдыха». Начинается массовое жилищное строительство («хрущевки»), целые поколения, выросшие в коммуналках, открывают для себя частную жизнь. Угроза большой войны ненадолго уступает место «мирному сосуществованию двух систем». Типажи: Интеллигент. Вернувшийся лагерник. Разочарованный сталинист. Стиляга.

Купить
Лекция 6

1960 - 1968. Время технического прогресса и социального оптимизма

1960 – 1968. Время технического прогресса и социального оптимизма. Благодаря новым открытиям мы можем покорить космос и природу — и построить счастливую жизнь для всех. Редкая для советского периода эпоха относительной гармонии между интеллигенцией и властью (которая закончится 1968-м годом). Ветеранам войны наконец воздаются все необходимые почести — и становится очевидно, что многие из них так и не нашли места в мирной жизни. Мода на западное искусство (и вообще все западное) сопровождается разносами слишком “вестернизированной” интеллигенции, которая пытается уйти из под идеологического пресса. Когда то же самое попытается сделать целая страна «восточного блока», советское правительство прибегнет к силе: ввод войск в Чехословакию обозначит окончание оттепели и связанных с ней надежд. Типажи: Интеллигент. Физики и лирики. Золотая молодежь. Романтик с гитарой. Ветеран.

Купить
Лекция 7

1969 - 1984. Долгие 1970-е (ч. 1)

1969 – 1984. «Долгие 1970-е»: время стабильности, оно же время застоя. Люди получают возможность обустраивать свой быт и уходят в частную жизнь. Государство снижает идеологическое давление: теперь ты должен «поднимать руку», но не обязан верить, диапазон реакций на это — от повсеместно распространившегося «двоемыслия» до открытого диссидентства. Появляются скромные, но все же возможности для эмиграции «по еврейской линии». Сельские жители получают паспорта — и массово переезжают в города. Эпоха разрядки и сближения с Западом (от «Союз Аполлона» до Олимпиады), которая закончится афганской войной. Нарастают цинизм и апатия, исчезает вера в «светлое будущее», универсальным средством общения становится алкоголь. «Гонка на лафетах» в начале 1980-х наглядно показывает: будущего у этой системы нет. Типажи: Интеллигент: западник / деревенщик / циник. Обыватель. Диссидент. Лимита. Теневой бизнесмен / снабженец / фарцовщик.

Купить
Лекция 8

1969 - 1984. Долгие 1970-е (ч. 2)

В этой лекции рассматривается условная первая половина эпохи «застоя» (1969–1984) — период, когда надежды «оттепели» сменяются ощущением стабильности, которая «была навсегда, пока не кончилась». Спикер анализирует, как после подавления Пражской весны советское общество входит в фазу «вечного настоящего»: идеологические ритуалы сохраняются, но вера в них исчезает. Вы узнаете, как формируется новая социальная реальность — с дефицитом, системой «блата», культом частной жизни и хобби; почему гуманитарная наука и детское кино становятся зонами интеллектуальной свободы; и как культурные тексты (от «Семнадцати мгновений весны» до «Иронии судьбы») отражают раздвоенность человека эпохи застоя.

Купить
Лекция 9

1986 - 1991. Новое время надежд

В этой лекции исследуется культурный ландшафт поздней перестройки (1985–1991) — эпохи, когда «День сурка» застоя сменился головокружительной скоростью перемен. Вы узнаете, как появление нового лидера с «живой улыбкой» и новые ключевые слова — «перестройка», «гласность», «ускорение», «общечеловеческие ценности» — запустили лавину публикаций запрещённой литературы, реабилитаций и публичных дискуссий. Лекция показывает, как императив искренности и морального совершенствования привёл интеллигенцию не к строительству коммунизма, а к диссидентству, межнациональным конфликтам и глубокому разочарованию. Завершается лекция анализом двух базовых мифологем русской истории («хороший сильный царь» и «быстрый скачок из ада в рай»), которые, не сработав, породили «астенический синдром» — культурную усталость и выученную беспомощность, последствия которой ощущаются до сих пор.

Купить
Лекция 10

1990-е

В этой лекции Юрий Сапрыкин исследует 1990-е годы через человеческий опыт: кто выиграл, кто проиграл и почему одно и то же десятилетие запомнилось по-разному. Вы узнаете, как экономические реформы разрушили не только плановую экономику, но и ценностные опоры интеллигенции; почему образ «бандита в кожанке» — это ретроспективный конструкт, а не реальность момента; как медиа, получив свободу, сами себя дискредитировали; и почему ностальгия по советскому началась именно тогда, когда от него так стремились уйти. Лекция помогает понять, как формировалась коллективная память о 1990-х — и почему эта память до сих пор влияет на наше настоящее.

Купить
Лекция 11

2000-е

В этой заключительной лекции курса исследуется культурный ландшафт России 2000-х годов — эпохи формирования среднего класса, потребительской революции и цифровой трансформации. Вы узнаете, как запуск журнала «Афиша» в 1999 году зафиксировал появление новой социальной общности; как кофейни, IKEA, супермаркеты и фитнес стали маркерами «нормальной жизни»; и почему офисная работа породила не только новый язык (KPI, «доброго времени суток»), но и новый тип невроза. Лекция показывает, как страх перед терактами, расцвет гламура и зарождение консервативной идеологии создавали сложный фон для культурных экспериментов — от документального театра до реалити-шоу. Завершается лекция анализом цифровизации, конфликта между «сервисным» мышлением среднего класса и архаичным государством, и тем, как пожары 2010 года стали спусковым крючком для гражданского самоорганизации и концепции «государство как сервис».

Купить

Открыть доступ

Человек в XX веке​

Как менялись человек и советское общество.

Человек в XX веке